Евгений Петров: «Мы тогда все учились методом научного тыка»

Вратари бывшими не бывают — это также верно, как и то, что в футболе случайные люди не задерживаются. В этой великой игре все случайно может только начаться, а дальше — большой труд и самоотдача. Это на своем опыте доказал наш собеседник — Евгений Петров, человек, который видел, как «Тобол» начинался и какие персоны стояли у его истоков. Сегодня Евгений Александрович по-прежнему в строю, преподает в колледже физическую культуру. У него на вооружении методики, опыт, любовь к профессии… а когда-то это был простой костанайский мальчишка, который играл в футбол, любил футбол и месил грязь на соседней поляне с легендарным Львом Яшиным.
Интервью с Евгением Петровым мы открываем серию публикаций с ветеранами костанайского футбола к 50-летию «Тобола»

— Евгений Александрович, расскажите о том как все начиналось. Какой был футбол, как вы в него пришли?
— Тогда не было у нас профессиональных футбольных школ. Наверное, первой профессиональной школой стало «Динамо». Первый тренер был у меня Батыр. Его все так звали, а мы мальчишки — Батыр Бедыржанович Мухамбеткалиев. «Динамо» тогда располагалось в районе Центрального сквера. При советской власти каждый парк обязан был иметь так называемое культурно-спортивное ядро, куда входили футбольная площадка, волейбольная, баскетбольная, бильярдная… и т. д. Вот на этом футбольном ядре, стадионе «Динамо», мы и начинали. В 1967 году, когда команде «Автомобилист» дали класс «Б», школа «Динамо» переросла в группу подготовки этой профессиональной команды.


В то время чемпионат Советского Союза проводился по зонам. «Автомобилист» играл в 5 зоне Чемпионата СССР среди команд группы класса «Б». Играли на полях от Стерлитамака до Алма-Аты, входила сюда и часть городов России — Златоуст, Миас… Такой был географический охват. Чемпионат также проводился среди групп подготовки команд мастеров. И вот в 1967-68 году, видимо я себя проявил с хорошей стороны, был приглашен в команду, что подтверждает мое удостоверение участника чемпионата по футболу. В «Автомобилисте» я тогда впервые познакомился с Геннадием Николаевичем Макаренко. Первый тренер тогда был Сухоставский, из Куйбышева по-моему, а вот Геннадий Николаевич, ему 27 лет тогда было, был вторым тренером, я же был и вовсе мальчишкой. Тогда играли такие вратари как Олег Карабанов, который в последующем играл за сборную России на спартакиаде Российской федерации. Наш, джетыгаринский футболист. Был такой Эдуард Тиханков. Среди таких фигур я был скорее подмастерьем, из-под таких асов было очень тяжело пробиться в основной состав, зато получил хорошую школу. Общался с ними, дышал с ними воздухом футбольным, вратарским. Потом был Иван Домантиевский, ныне покойный. Это был представитель российского футбола — ярославского «Шинника». Очень много у нас в команде «Автомобилист» было игроков из Москвы, из Ленинграда. Я очень много почерпнул. Тогда не было как таковой школы вратарей, тренеров по вратарям, приходилось что-то домысливать. Потом служба в Рабочей Крестьянской Красной армии. После службы снова была встреча с Геннадием Николаевичем Макаренко. В то время он уже был тренером команды «Буревестник». В этот год формат чемпионата Советского союза был изменен — появилось первенство республики отдельно от первенства СССР. Класс команд изменили. По спортивному принципу мы выиграли Чемпионат Республики Казахстан и вышли на класс «А» вторая лига восьмая зона и т. д. Тогда началась история «Энергетика» с подачи первого секретаря Кустанайского обкома Коммунистической партии Василия Петровича Демиденко. После его письма в Москву в 1982 году мы стали участниками Чемпионата
После «Энергетика» выступал за «Целиноград» (ныне «Астана»).


Закончил карьеру футболиста в 1986 году. Тогда вышел приказ запретить участвовать в качестве игроков профессиональных клубов в соревнованиях игрокам, кому за 30 лет. Мне тогда было уже 36 лет. В день заявки всех, кому за 30, удалили от футбола. Через месяц вышла амнистия. Нам снова было позволено вернуться. Казалось бы прошло совсем немного времени, всего месяц, но уже появилась расхолаженность какая-то… И когда меня Александр Борн пригласил, я отказался, не стал продолжать футбольную карьеру.
Мои товарищи по команде остались в команде. Александр Миллер, к примеру, стал вторым тренером у Борна. Рафик Оганесович стал заниматься детским футболом и в 2000 годы привел команду к бронзовым медалям чемпионата. Сам я играю до сих пор. С Рафиком Оганесовичем ездим на традиционный ветеранский турнир в Житикару, который проводится в память о нашем товарище Аждаре Космухамедове (сейчас его сын финансовый директор нашего клуба и замечательный судья в мини-футболе). Выходим на поле с Рафиком Оганесовичем, выигрываем, стараемся, кураж не пропал.
— Вы судя по вашему рассказу, один из коренных костанайцев, в то время как было много футболистов из других городов? В то время было проще с переездами, это тенденции советского времени или было что-то еще?
— У нас был амбициозный тренер — Геннадий Макаренко. Он и сейчас с амбициями. Ему не нужно было ничего, кроме первого места. Все остальное считалось в его понимании, в его темпераменте — не результатом. В нашем Костанайском пединституте существовал факультет физвоспитания, где можно было на определенных условиях получить образование, которое в Советском союзе очень ценилось. Там были молодые, от 30 до 40 лет педагоги, которые тоже были с определенными амбициями. Они и нам их старались прививать. Сначала как студентам, затем как игрокам команды «Буревестник». Мне не довелось поиграть там на уровне Союза, но команда была очень приличная… Геннадий Николаевич хотел и делал все возможное, чтобы достойные игроки получали и высшее образование, и играли за клуб. По спортивным принципам мы не единожды под руководством Геннадия Николаевича выигрывали возможность поиграть в Чемпионате Советского Союза, но были первые руководители нашей области нефутбольные, скажем так, люди. Демиденко оказался не таким. Есть газета у меня старенькая, в которой отпечатано письмо-решение, что городу Костанаю на таких-то условиях дано право защищать спортивную честь Костаная. Статья так и называлась «Команда Демиденко».


— Сложилось впечатление, что пединститут был неким центром, через который в команде появлялись квалифицированные игроки. За счет чего получалось их привлекать?
— Скорее всего высшим образованием. Тот же Рафик Оганесович, еще мальчишки — Виктор Трегубов, Александр Миллер. Они жили в общежитии, стипендия была, ну может повышенная, а так… только высшее образование. Когда мы заработали букву, класс «А», то у нас была заработная плата у футболиста официальная 160, 140, 110. От квалификации, от субъективного решения тренера зависело кто сколько получал. Он платил например 160 одному игроку, другому 140, третьему 110 и 40 рублей премия у нас была за выигрыш. Итого, я мог заработать 200 рублей. Но мы еще и были фанаты своего дела.
Когда была первая игра в Костанае в 1982 году, был интересный момент. Привез команду «Кызылорду» Александр Прохоров, это вратарь сборной Советского Союза, в Кызыорде он работал старшим тренером. После игры он сказал такую фразу: «Я в первый раз вижу команду, которая сама не играет и нам не дает». То есть у Геннадия Николаевича было противоядие — если мы где-то проигрывали в технике, мы не проигрывали в физических кондициях. Представьте себе — за вами в течении 90 минут ходит по полю игрок команды противника и не отпускает. Вы же с ума сойдете! Вот так в течении всей игры в системе прессинга команда находилась и мы выиграли 2:0. Может она была мастеровитее нас по подбору игроков, но сделать с нами ничего не смогла.
— Говорят, «есть футболисты, а есть вратари». Можете подтвердить это определение с высоты своего опыта?
— Вратарь — это диагноз! Представьте себе, если я на спортфаке учился и у меня была специализация «футбол, хоккей», я занимался летом футболом, а зимой хоккеем. Кому приятно, когда в тебя шайбами швыряют, или в русский хоккей мячом плетеным? Если игроки уворачиваются, ты должен себя подставлять. Это состояние души такое, диагноз. «Эй, вратарь, готовься к бою», — пели в песнях. Мы воспитывались на этом. Были Трусевичи, которые погибали в Киеве на матчах смерти. Была определенная идеологическая обработка. С другой стороны — хочешь играть в футбол, а все места уже заняты: защитники, полузащитник, нападающие есть. Остается вакантное место только вратаря!
Начиналось все как у всех — сначала край на край, улица на улицу, и потом детская школа «Динамо», «Автомобилист». Потом я себя и не представлял в другом амплуа. Вратарь — это полкоманды. Они до сих пор меня ругают. Я их матом в свое время ругал, а теперь они меня: «…а помнишь?»


— Вратарь тогда и сейчас, наверняка что-то изменилось…
— По моим личным ощущениям, изменилось отношение. Футболист стал профессионалом. У него в трудовой книжке пишут «игрок команды мастеров», я думаю, и он получает за это приличное вознаграждение. Потом у него есть сейчас география, где он может поучиться. Если мы начинали подготовку с того, что 2 января Геннадий Николаевич Макаренко в 30 градусный мороз загнал на турбазу «Энергетик», расчистил футбольное поле от снега, трактором расчистил «аллею смерти» в сосновом бору, то они в середине декабря собираются и едут в Анталью. Понимаете, какие вещи? Мы бежим кросс и у нас костюмы болоньевые от мороза ломаются на сгибах, сосульки на усах висят до пояса, а там… Что такое Анталья и что такое «Энергетик»? Есть разница?
Конечно, сейчас футбол быстрее стал, вратари поинтереснее. Ими занимаются, появились методики и прочее. Мы тогда все же учились методом научного тыка. Смотрели. Я видел таких вратарей как Яшин, Чанов. Я против них играл, я у них учился. Встречались на сборах в Сочи. На определенном отрезке времени команды там ничем не отличались от «Буревестника» нашего. Они месят грязь, мы месим. Мастерство нивелировалось тяжелыми полями. Мы отличались, во-первых, тем, что спортфак, а во вторых — у нас амбициозный тренер.
Еще в наше время у игроков было огромное желание. Вратарь — это уважение. Если ты первый номер — это все: эмоции, драйв, девчонки, зарплата. Хотя где-то и «за тарелочку супа» играли, но было интереснее. Было много команд в Костанае — «Динамо», «Буревестник», «Энергетик», «Спартак» и т. д.
Сейчас качество повысилось, а вот в количественном отношении стало меньше. Тогда мы играли в большой футбол. Тогда каждое городское предприятие должно было иметь взрослый состав, юношей и детей: автоколонна — «Торпедо», МВД — «Динамо». И потом это количество перерастало в качество.
— В современном футболе есть игроки, вратари, за которыми вы наблюдали?
— Мне нравился Александр Петухов. Очень хороший вратарь. Вообще нашей команде везло на вратарей — из приглашенных был Шанталосов, из местных Олег Карабанов, Эдик Тиханков («Автомобилист»), Иван Домантиевский («Шинник»). Они и заметные были, рост под 190 (у меня 178, к примеру). Кавзашвили, Прохоров — были чуть выше среднего роста. Это был советский стандарт вратарей, за исключением Яшина. Тогда требования наверное были к вратарям другие. Именно кондиции… Сейчас все вратари под два метра. И полевой игрок стал гораздо выше, все гвардейцы. Борьба, вес играют большое значение, естественно скорости повысились и инвентарь другой. Сейчас все другое. Если мы играли на огородах, сейчас с травяным покрытием и даже с подогревом есть. Мое мнение — сейчас коммерциализированным стал футбол. Вмешалась реклама.
— Чем сейчас занимаетесь?
— Я работают в колледже автомобильного транспорта города Костаная в качестве преподавателя физвоспитания…
— Выращиваете кого-нибудь?
— Такая задача не стоит, но популяризирую. При любой возможности играем. Футбол — это вообще мужской вид спорта, где все качества есть: чувство товарищества, коллективизма, взаимовыручки. Контингент у нас в основном мальчишки, но есть и девчонки. Я сам люблю футбол и стараюсь им привить любовь.
— Банальный вопрос — есть о чем переживать человеку, отдавшему свои лучшие годы футболу?
— Об этом не задумывался. Основная моя профессия — педагог — преподаватель. Конечно, хочется чтобы в нашем регионе было больше футбольных полей. Чтобы свои росли мальчишки, хорошие. Чтобы мы в материальном плане выиграли бы. К примеру, еще при советской власти было такое выражение – «куда он денется — он местный». Значит будет играть и за те деньги, которые ему дадим. Хотел бы, чтобы в материальном плане отношение к местным спортсменам поменялось, чтобы была база для наших мальчишек, студентов, учащихся, чтобы мы играли в большой футбол. Тем временем, кто знал до определенного времени, что существует такой город Костанай, команда «Тобол»? А тут мы поехали играть в Вену, Польшу и узнали о нас. В любом случае узнают по большим проектам. Большой футбол — это большой проект, по моему субъективному мнению. Сейчас слышал, что у нас будет строиться и футбольный манеж, и крытые манежи, и футбольные поля будут вводиться в строй, и «Центральный стадион» реконструируется. Я только рад, что у мальчишек появится возможность. Потому что сейчас они страдают от гиподинамики, сидят у компьютеров, у них много таких вещей есть, которых у нас не было. Мы играли, мы были на улице, мы были здоровее. Я в шеренге стоял 21-ым, а сейчас… Вот такие желания — инфраструктуру в нашем городе, и вообще в Казахстане, довести до уровня развитых стран.
— Сейчас клубу 50 лет, но были же и другие круглые даты. Как-то их отмечали официально?
— Нет. Никогда. Вот то, что сейчас вы делаете — это впервые. У нас город не очень футбольный. По внутреннему своему состоянию. Но всегда были меценаты, подвижники, люди, которые занимали должности политические, административные, которые двигали футбол. Такие вещи, как волевое решение — оно всегда присутствовало. Возможно и сейчас что-то происходит не благодаря, а вопреки, а может и наоборот — не вопреки, а благодаря… мы празднуем 50-летие нашего клуба.

Пресс-служба ФК «Тобол»



  • Турнир «Тобола»: день второй
  • »Кайрат» — «Тобол» : видеообзор матча
  • Максим Федин: В Костанае уже заждались медалей
  • Дмитрий Непогодов: Силы будут, пока не добьемся поставленной цели
  • Ника Квеквескири: Хотим доказать всему Казахстану, что „Тобол“ достоин третьего места 
  • В Костанае стартовал турнир на призы «Тобола».
  • Дмитрий Непогодов — лучший в матче с «Кайратом» 
  • Андрей Карпович: Порадовало то, что сыграли на ноль
  • Марек Зуб: Условия для игры в футбол были сумасшедшими
  • »Кайрат» — «Тобол» 0:0